-  Меня  зовут Бродяжником,  - негромко сказал  он. -  А  вы,  кажется,
господин Накручинс, если Лавр не перепутал?
- Он не перепутал, - сухо ответил Фродо. Что-то чересчур пристально его
разглядывали.
- Разумеется, нет. Так вот, сударь мой Накручинс, - сказал Бродяжник, -
я бы на вашем месте слегка урезонил своих молодых друзей. Погреться, выпить,
закусить,  поболтать  -  это  все,  конечно,  прекрасно,  но  здесь  вам  не
Хоббитания:  мало  ли  кто  слушает их болтовню.  Не мое дело, разумеется, -
прибавил  он,  улыбнувшись  углом рта  и  не спуская  глаз  с Фродо,  - но в
Пригорье, знаете, нынче бывает самый разный народ!
Фродо выдержал  пристальный  взгляд и промолчал; а взгляд обратился  на
Пина, который  под  общий смех рассказывал  об  Угощении.  Еще немного  -  и
расскажет, как Бильбо исчез: про сказочного Торбинса  ведь всем интересно, а
некоторым - особенно!
Фродо рассердился. Вздор, конечно:  здешние хоббиты ничего  не  поймут,
посмеются  и забудут - мало  ли чего, мол, творится у них там за Рекой, - но
есть  и такие, кто  выслушает в оба  уха (тот же Лавр  Наркисс!), кому и про
Бильбо кое-что известно.
Он  закусил  губу, думая,  что  бы сделать. Пин услаждал  слушателей и,
видно, совсем забылся. Как  бы  он  не  упомянул Кольцо - ему недолго,  а уж
тогда...
- Быстро - прервать! - шепнул ему на ухо Бродяжник.
Фродо  вспрыгнул  на стол и начал  громкую речь.  От Пина  отвернулись:
хоббиты  решили,  что
господин  Накручинс  наконец  хлебнул  пива  и  стал
пословоохотливее.
Фродо почувствовал себя полным болваном и принялся, как это было у него
в обычае,  когда доходило до речей, копаться в кармане. Он  нащупал цепочку.
Кольцо -  и ему  вдруг до  ужаса захотелось исчезнуть... правда, захотел  он
будто не  сам,  а  по чьей-то  подсказке.  Он удержался от искушения  и сжал
Кольцо в  горсти  - словно затем,  чтобы оно  не  ускользнуло и не  наделало
безобразий. Во  всяком  случае,  оно ему  вроде  бы  ничего  не  подсказало:
попробовало, да не вышло. Для начала он произнес "приятственное слово",  как
сказали бы в Хоббитании:
- Все мы  очень тронуты вашим теплым приемом, и смею надеяться, что мое
краткое  пребывание здесь обновит  былые  узы  дружбы  между  Хоббитанией  и
Пригорьем, - потом замялся и закашлялся.
Теперь на него глядели все в зале.
- Песню! - крикнул кто-то из хоббитов.
- Песню!  Песню! - подхватили  другие. -  Что-нибудь новенькое  или  из
старенького, чего никто не слышал!
Фродо на миг растерялся.  Потом припомнил смешную песню, которую  очень
любил  Бильбо  (и  очень гордился  ею  -  должно  быть, потому,  что сам  ее
сочинил).  Вот она  - целиком,  а то  нынче  из нее  помнят только отдельные
строки:
Под горой стоит трактир, ... следующая страница 

"НАУКА И ЖИЗНЬ"
главная