стены, и  разливалась, расползалась вокруг дома  темной,  бескрайней стоячей
заводью.  Вода  смачно  булькала  у  стен,  медленно  и
мутно
прибывала,
приплескивала. "Я же утону! - подумалось  Мерри. - Она  просочится,  хлынет,
затопит, и я утону". И стал утопать в слизистом иле, вскочил, ударился ногой
о  твердый  плитняк,  вспомнил, где  он  находится,  и снова лег.  И  не  то
расслышал, не то припомнил тихие слова: "Двери наши овевает ветер с холма, а
в окна проникает лишь лунный  и  звездный  свет.  Доброй  ночи!" Он  глубоко
вздохнул и погрузился в сон.
Как  помнилось Сэму, он-то проспал ночь без просыпу, спал как бревно, а
бревна не просыпаются.
Утро  разбудило
сразу  всех  четверых.  Том  расхаживал  по  комнате,
прищелкивая, как скворец. Заслышав,  что они проснулись, он хлопнул в ладоши
и воскликнул: "Эй! Пой! Веселись! Пой во весь голос!" Потом раздвинул желтые
занавеси, и свет хлынул в широкие окна с запада и востока.
Они радостно вскочили. Фродо подбежал  к  восточному окну и поглядел на
задний  двор, весь мутно-серый  от  росы.  Он  боялся увидеть окна вровень с
землей, а на  земле  следы копыт.  На самом  же деле окна заслоняли  бобовые
гирлянды, а дальше застил утренний свет высокий серый холм. Сочилось бледное
утро: на востоке, за длинными ватными мытыми тучами с алой каймой, занимался
желтый рассвет. Нависшие небеса предвещали дождь; но  заря была все яснее, и
ярко заалели цветущие бобы среди влажно-зеленой листвы.
Пин  глядел  в западное окно,  и перед  ним  клубился  туман.  Лес  был
подернут мутной пеленою. Казалось, смотришь сверху на серое облачное месиво.
В  глубь Леса  уходил огромный овраг, испуская клубы и выползки  тумана: там
была долина Ветлянки. Слева с холма струился поток, убегая в белесую муть. А
под  окном был  цветущий сад, серая садовая изгородь и  трава,  осеребренная
росинками. Никаких вязов поблизости не было.
- С добрым утром, малыши! - воскликнул Том. - Солнца нынче нету: тучи с
запада  пришли,  заслонили  небо. Скоро  должен  хлынуть  дождик,  бойкий  и
речистый, -  пригодится Золотинке для  осенней чистки.  Поднял я ее до света
песенкой веселой.  Лежебокам  счастья нету  -  вспомните присловье:  "Ранним
птахам - сытный завтрак, остальным вода  и  травка!" Не проспать  бы  вам до
завтра! Подымайтесь, сони!
Не очень-то поверили хоббиты насчет воды и травки, но на всякий  случай
мешкать не  стали -  и завтракали, пока  мало-помалу не  опустошили стол. Ни
Тома, ни  Золотинки не было.  Том хлопотал по  дому: из кухни доносился звон
посуды, с  лестниц -  дробот его  башмаков, в  открытые окна  вдруг долетали
обрывки  песен.  Распахнутые  окна  глядели  на  запад: далеко  простиралась
туманная долина.  Густой  плющ  копил морось и порою ронял  на землю  редкие
струйки воды. Мало-помалу тучи заволокли все небо; черная стена леса исчезла
за отвесным дождевым пологом.
И сквозь мерный шум дождя откуда-то сверху -  наверно, с ближнего холма
- послышался  голос  Золотинки, чистый и  переливчатый.  Слова  уплывали  от ... следующая страница 

"НАУКА И ЖИЗНЬ"
главная