пора уж. Да и про этого черного вы, поди, больше моего знаете, вряд ли я вас
очень-то удивил. Знаете - и ладно, держите про себя, я не  любопытный. А  на
душе у вас,  видать,  неспокойно.  Думаете,  как бы  по-тихому добраться  до
парома, так?
- Думаю,  - признался  Фродо. - Только думать  тут нечего, надо идти, и
будь что  будет. Спасибо вам за доброту вашу! Я  ведь вас и  ваших собак, не
поверите, тридцать лет побаивался. Сдуру,  конечно: был  бы  у меня надежный
друг.  Эх,  жалко  мне от вас  уходить. Ну,  может, еще  наведаюсь,  тогда и
посидим.
-  Милости просим, - сказал Бирюк. - А пока вот чего.  Время  к закату,
нам  пора  ужинать,  мы  ведь ложимся  и  встаем  вместе с  солнцем.  Может,
поужинаете у нас?
-  Большое спасибо, - отозвался Фродо. -  Только,  боюсь,  медлить  нам
нельзя. Уж и так еле-еле к ночи доберемся до переправы.
- Та-та-та, ух, спешка, слова сказать не дадут. А я о чем: поужинаем, у
меня  есть  крытая  повозка,  вот  я  вас  и довезу. Оно и  быстрее будет, и
надежнее, а то мало ли что.
Это меняло  дело,  и Фродо  согласился  - к  великому облегчению  своих
спутников. Солнце почти скрылось  за холмами, сумерки  густели. Явились двое
сыновей и  три дочери Бирюка; громадный стол накрыли  мгновенно, еды хватило
бы  на  добрую дюжину  гостей. Принесли  свечи,  разожгли  камин.  Пива было
сколько угодно, главное блюдо, тушеные грибы с ветчиной, подобрали  дочиста.
Собаки лежали у огня и обгладывали кости.
После ужина Бирюк и его сыновья ушли с фонарями готовить повозку. Когда
гости вышли, на  дворе  было совсем темно. Они  уложили мешки и пристроились
сами. Бирюк хлопнул вожжами по бокам двух откормленных пони. Жена его стояла
в освещенных дверях.
-  Ты  сам-то поосторожней! - крикнула  она.  - С чужими не  задирайся,
довезешь - и прямо домой.
- Ладно, - сказал он, и повозка  выехала за ворота.  Ночь  была  тихая,
совсем безветренная, но прохладная. Ехали медленно, без фонаря; до плотины -
по дороге, а там - насыпью. У  перепутья  Бирюк слез,  поглядел туда-сюда  -
темнота непроглядная,  и  ни звука. Речной  туман клубился  над  запрудой  и
расползался по полям.
-  Ишь, темень,  - сказал  Бирюк. - Ну,  обратно-то я фонарь  зажгу,  а
сейчас так.
До  парома было больше пяти миль. Хоббиты сидели,  плотно  укутавшись в
плащи; слышен был только скрип колес да перестук  копыт. Фродо казалось, что
повозка не едет, а едва ползет. Пин клевал носом; Сэм настороженно  глядел в
туман.
Наконец справа смутно забелелись два высоких столба - поворот к парому.
Бирюк натянул вожжи; повозка приостановилась на повороте и съехала под гору.
Снова  миг  тишины... а  потом  все услышали тот самый звук, который боялись
услышать, - клацанье копыт. Оно приближалось от реки.
Бирюк  соскочил  с  передка,  обхватив лошадиные  шеи,  чтобы  пони  не
фыркали,  и  уставился  в  туманный мрак. Крепь-крап,  крепь-крап -  хрупали ... следующая страница 

"НАУКА И ЖИЗНЬ"
главная