Онты-опекуны явились к древесным отарам;
Люди, лошадники смелые,
смертный удел обрели.
Хм, хм, хм-м-м...
Бобр - бодрый строитель,
баран быстроног и брыклив,
Вепрь - свирепый воитель,
медведь - сластена-мохнач,
Волк вечно с голоду воет,
заяц-затейник пуглив...
Хм, хм-м-м...
Орлы - обитатели высей,
буйволы бродят в лугах,
Ворон - ведун чернокрылый,
олень осенен венцом,
Лебедь, как лилия, бел, и,
как лед, холоден змей...
Н-да, хм-хм, хм-хм-хм, как же там
дальше?
Тамтарарам-татам
и
татам-тарарам-там-там. Не важно, как дальше, вас все равно там нет, хотя
список и длинный.
- Вот так и всегда нас выбрасывали из списков и выкидывали из древних
легенд, - пожаловался Мерри. - А мы ведь не первый день живем на белом
свете. Мы - хоббиты.
- Да просто надо вставить! - предложил Пин. - Хоббит хоть невелик, но
хозяин хорошей норы - ну, в этом роде. Рядом с первой четверкой, возле
людей, Громадин то есть, - и дело с концом.
- Хм! А что, неплохо придумано, совсем неплохо! - одобрил Древень. -
Пожалуй, так и будем соображать. Вы, значит, в норках живете? Хорошее,
хорошее дело. М-да, а кто же это вас называет хоббитами? Звучит, знаете ли,
не по-эльфийски, а все старинные имена придумали эльфы: с них и началось
такое обыкновение.
- Никто нас хоббитами не называет, мы сами так себя зовем, - сказал
Пин.
- У-гу-гу, а-га-га! Ну и ну! Вот заторопились! Вы себя сами так
называете? Ну и держали бы это про себя, а то что же - вот так бряк первому
встречному. Эдак вы невзначай и свои имена назовете.
- А чего тут скрывать? - засмеялся Мерри. - Если уж на то пошло, так далее